— Я мать к себе не возьму. У меня командировки постоянные, нет времени с больной старухой возиться, — резко заявил Никита, но в его глазах мелькнуло беспокойство. — Еще пожар устроит или воду откроет и забудет. Кто отвечать будет?
— Я тоже не возьму, — нерешительно поддержал брата Борис, не обращая внимания на то, что их мать находится в соседней комнате и может все слышать. — Меня Ирка с вещами на улицу выставит, если я бабку домой приведу. Да и дети маленькие, вдруг испугаются ее выходок.
— Пусть тогда Колька с Надькой забирают, — твердо поставил точку в разговоре Никита. — А если откажутся, то в интернат сдадим.
Надя смотрела на двух своих деверей, с трудом сдерживая раздражение. В их голосах не было ни капли жалости, только раздражение, словно забота о матери была для них не больше чем ненужная обязанность.
— Чего молчишь? — толкнула она локтем мужа. Ей не нравилось, что Коля выслушивал это без возражений. — Согласен Анну Федоровну к нам взять?
— А что делать, — развел руками тот. — Не оставлять же ее здесь одну.
Оставлять свекровь в одиночестве и правда было нельзя. Анне Федоровне недавно исполнилось семьдесят пять, здоровье стремительно ухудшалось. Врачей она посещала чаще, чем магазины, а среди ночи несколько раз вызывала скорую. Память подводила все чаще — путала имена, даты, забывала выключать плиту.
Первым тревожный звонок заметил Коля. Вернувшись как-то от матери, он встревоженно сообщил жене:
— Мама коту в миску кофе налила, а рядом бутерброды с маслом положила. Это же ненормально… Что нам делать?
Надя тогда только тяжело вздохнула. Возраст никого не щадит, и если одним везет, другим — нет. Ее свекрови явно не повезло. Женщина, с которой они когда-то ездили на дачу, обсуждали сериалы и пекли пироги, исчезала. Теперь перед ней был совсем другой человек.
Сначала надеялись, что болезнь не прогрессирует. Но через пару месяцев позвонил Никита — злой, как черт.
— Приехал к матери, а у нее тараканы по кухне бегают! Ты на прошлой неделе там был, почему не сказал?
— Не было их, — растерялся Коля. — Может, она еду где-то оставила?
— Еще как оставила. По всем углам продукты распихала! — Никита шумно выдохнул. — Нам надо решать, что с ней делать. Может, в интернат?
— Давай еще с Борисом поговорим, — попытался урезонить его Коля.
— Я завтра снова к ней поеду, — предупредил Никита. — Приезжайте тоже, разберемся.
Так трое братьев и оказались в квартире Анны Федоровны. Надя поехала с Колей — убедиться, что со свекровью все хорошо. Когда-то они были близки: вместе ездили в санаторий, пекли по семейным рецептам, Надя часто советовалась с Анной Федоровной, как лучше поступить в той или иной ситуации. Но годы шли, общение стало реже.
Бабушка обрадовалась детям, поспешила на кухню за чаем. Надя вовремя заметила, как та пыталась включить электрочайник без воды.
— Давайте я помогу, — осторожно сказала она.
— Ой, спасибо, Машенька, — улыбнулась старушка. — Такая умница выросла! В классе, наверное, одни пятерки?
Надя не стала говорить, что ее внучка давно закончила школу и учится на пятом курсе. Просто перевела разговор на что-то нейтральное.
А в соседней комнате Никита с Борисом шарили по шкафам.
— Нет нигде! — недовольно буркнул старший. — Неужели вынесла или спрятала?
— Что ищете? — насторожилась Надя.
— Шкатулку резную, — бросил Борис. — Там золотые украшения матери.
— И что? Решили поделить, пока она еще жива? — не выдержала она.
— Не лезь, — отмахнулся Никита. — Лучше помоги искать. Продадим — каждому по честной доле достанется. А старухе уже ни к чему.
— Нам с женой новый телевизор нужен, — добавил Борис.
Наде стало мерзко. Эти двое заботились не о матери, а о деньгах.
Вечером Анну Федоровну увезли к Коле и Наде. Старушка, к их удивлению, не возражала — радовалась, что поживет у сына. Кота забрал Борис, а Никита вызвал дезинсектора, чтобы избавиться от тараканов.
— Потом уберу и буду квартиру сдавать, — пояснил он. — Все равно она туда уже не вернется.
— Только деньги поровну делим, — кивнул Борис.
Потеря
Первые дни с бабушкой прошли спокойно. Надя пыталась как-то скрасить ее будни — включала любимые сериалы, приносила сладости. Но свекровь ее почти не узнавала.
— Спасибо, Ирочка, — говорила она. — Ты хорошая девочка.
И сердце Нади сжималось.
Но самое страшное случилось позже. Однажды утром Анна Федоровна исчезла. Пока все спали, ушла из дома и не вернулась.
Коля с Надей метались по району, бегали по улицам, расспрашивали прохожих. Собирались уже идти в полицию, когда раздался звонок.
— Вы Анну Федоровну ищете? — голос в трубке был незнакомым. — Я нашел ее в своем подъезде. Она у меня сидит, пугается всего.
Они примчались сразу. Бабушка крепко прижимала к груди старую сумку и испуганно смотрела на сына.
— Мама, зачем ты ушла?! — Коля дрожал от страха. — Мы же о тебе заботимся, что тебе еще надо?
— Домой хочу, — всхлипнула она. — Там Барсик один, некормленый…
— Его Борис забрал, — мягко сказала Надя. — Он в порядке.
Она хотела сказать что-то еще, но взгляд ее упал на шкатулку, которую Анна Федоровна прижимала к себе.
— А почему в записной книжке только номер Коли? — неожиданно спросила Надя. — У вас ведь еще два сына.
— Потому что он единственный, кто поможет, — вдруг удивительно ясно ответила старушка. — Остальным не до меня.
Коля отвел взгляд.
— Никита несколько раз просил показать ему шкатулку, — продолжала бабушка. — Еще предлагал подвеску продать. Я отказалась. Потом спрятала её. А теперь решила отдать тебе, Наденька.
Она протянула резную шкатулку невестке.
— Мне золото не нужно, — тихо добавила старушка.
Наде оставалось только принять подарок.
Когда она забирала шкатулку, на глаза навернулись слезы.
Она поняла: никакие драгоценности не заменят здоровье и любовь близких. И если старость и болезни невозможно предотвратить, то можно хотя бы быть рядом. До самого конца.
Алексей
